Российский театр поразили семь вирусов - «Новости Театра»

Способ спасения ищи у классиков


27 марта День театра — праздник, который (такова уж наша традиция) всегда с тобой. В этот же день ровно год назад я спрашивала ведущих мастеров отечественного театра (маститых и молодых, успокоенных классиков и дерзких радикалов): «Каким вы видите театр будущего, каким он будет лет эдак через 50?» И все отвечали (разница в формулировках) про незыблемость живого чувства даже в век безумных технологий, когда один артист может заставить если не слезу пустить, то кого-то вздохнуть над чужой жизнью независимо от социальных условий.


Российский театр поразили семь вирусов - «Новости Театра»

фото: АГН «Москва»

Вот этот вздох, родившийся от бесконтактной коммуникации одного человека с другим или сразу с несколькими сотнями и даже тысячью собравшихся в одном месте в одно время, и есть театр. Точнее, был. COVID-19 жестко приказал: «Забудьте про такой театр! Фиг вам, а не живой контакт!». Какой-то один, неразличимый на цвет и звук, не обонятельный, не осязательный и неподверженный пальпации вирусок в один день, а именно 16 марта 2020 года, изменил повестку дня всего российского, да и, наверное, мирового театра. Впрочем, для последнего, живущего в жесткой системе капитализма, в меньшей степени. Какое там будущее с живым и неживым чувством, ему бы просто ВЫЖИТЬ. При пустых залах, нулевой аудитории, государственном содержании, пока оно есть. А у кого нет? Предприимчивых антрепренеров, рассчитывающих только на себя, теперь можно вспомнить только поименно — как павших первыми на передовой. Живы театры федерального и муниципального содержания. Пока живы.



Сегодня рецепт спасения утопающих можно найти у классиков (ну куда ж мы без них?): он — «дело рук самих утопающих». Читали? Отлично, тогда начинаем работать, креативить, вскрывать собственные ресурсы, забыв собственные амбиции, внимательно смотреть на тех, кто рядом, и открывать их неожиданные способности. Короче, взбиваем лапками, еще интенсивнее взбиваем, как лягушка в молоке, чтобы получить сливки. И, таким образом, на 20-м году XXI века получить шанс победить COVID-19, зачем-то театру как институции, так и ее артистам всех мастей, посланный. Зачем? Нет же худа без добра. И в минусах стоит поискать плюсы.



Поищем. Задумаемся: а до этого самого вируса с коронкой не имел ли театр каких других вирусов? Хороший вопрос и ответ хороший — имел и с рвением, сломя голову культивировал их. Вирусы эти поразили наш театр не вчера, устойчивая симптоматика наблюдается с нулевых и год от года, день ото дня развивается. Какие же эти вирусы? Знакомые микробиологам или что-то новенькое? О, они хорошо известны и наблюдаемы, особенно в столице: вирус — «M» (модный), то есть чтоб непременно называли театр модным. За ним следует вирус — «Ф/Л»(фальшь/ложь) как осложнение от первого, когда стремление быть модным порождает ложные и фальшивые смыслы, а в свою очередь, и фальшивую игру. Далее в обнимку идут два брата-акробата — вирус «БД» (большие деньги) и «ОБД» (очень большие деньги). Этому жирному вирусу подвержена группа актеров, пораженная вирусом «М»: когда соотношение цены и качества чаще всего давно нарушено. Но раз заказчик и публика платят, то мечты о качестве пусть достанутся жалкой горстке театральных и киноэстетов. Кстати, у «БД» и «ОБД» есть вирус-неразлучник — «Р» (райдер звезды), где можно найти много забавного, типа строчки «только белый «Мерседес». Черный, как вы понимаете, не канает.



Особенно опасен вирус под кодовым названием «ДС» (двойные стандарты), когда театральные деятели никак не могут определиться — русский театр, который для меня пока еще лучший (без иронии) в мире, — это миссия или про деньги (невозможные цены на билеты); это независимая критика власти или дружба с ней, все-таки допускающая лукавую игру в критику этой самой власти? Наконец, очень опасный вирус — «C» (самодовольство), который является прекрасной платформой для всех вышеупомянутых вирусов.



Скажете, у столичных театров и артистов не наблюдается ничего подобного? Не хочется омрачать праздник перечнем названий и имен, тем более в условиях карантина. COVID-19 принес нам идею «обнуления» (не путать с аналогичным предложением, озвученным первой в мире женщиной-космонавтом): новых художественных идей, переоценку ситуации, себя в ней и до нее. Может быть, только оставшись наедине с пустым залом, в пугающей тишине честно поговорить с собой — кто я и зачем я? Мы вместе для чего здесь — только ли один гарантированный оклад нас и объединяет? Да и останется ли он в условиях зашатавшейся экономики гарантированным? Может, как во всем мире, смирив гордыню, артист станет подрабатывать на жизнь официантом или развозить еду? Какова роль будет у театра — спасать, помогать, учить или развлекать в минуты жизни трудные (что тоже немаловажно)? Наступает время очищения.



COVID-19 еще и предатель — он сдает всех: кто как вкалывал, так и вкалывает, кто понты разводил до сих пор, а кто курил бамбук, обложившись штатом заместителей, а учредитель на это глаза закрывал. Вот мы и посмотрим, кто на самом деле чего стоит. Спасибо, COVID-19?


Пандемия коронавируса. Хроника событий




Марина Райкина


Заголовок в газете: Вирус давно поразил наш театр, и не он один
Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28227 от 27 марта 2020скачать dle 12.0


Предыдущий пост
Следующий пост

Другие статьи


Оставить комментарий


Комментарии для сайта Cackle